Сексуальная свобода главный враг политического, психологического и патриархального подавления личности.

admin 11.06.2026 1 минуты чтение

Сексуальная свобода главный враг политического, психологического и патриархального подавления личности.

Материал взят из ВК группы «Правильный феминизм»

Общество человека обычно развивается в двух формах, в двух направлениях. Одно направление проистекает из страха человека перед неизвестным, желания сохранять привычное и ощущать защищенность, упорядоченность жизни. Это направление порождает законы, правила, нормы, структуры общества, государство как принцип и как таковое. То есть ведет к желанию и стремлению все упорядочить, расставить по полочкам и породить уверенность в том, что завтра будет то же, что сегодня, и то же, что было вчера. Это боязнь перемен, это страх новшеств, стран, неопределенности, в которой не видят возможностей, но видят угрозы. Другое направление происходит от внутреннего протеста и стремления к свободе. Это то самое чувство, благодаря которому подростки начинают воспринимать себя взрослыми и нарушают запреты, установленные родителями. То чувство, благодаря которому в обществе существуют прогресс и развитие. Это стремление к новому, осознание и изучение новых границ, новых неизведанных территорий, попытки создания чего—то не существовавшего ранее. Идеальным для развития общества является гармоничный баланс этих стремлений. Когда прогресс ведет вперед, а разумная осторожность не дает сделать ошибки на непознанных территориях, опираясь на опыт прошлого.

Дисбаланс чреват в любом случае, независимо от того, в какую сторону идёт уклон. Если начинает преобладать стремление к беспредельной свободе, полному отсутствию структур и ограничений, то движение вперёд становится стремительным, но рискованным. Ошибки и промахи встречаются на каждом шагу. В конечном итоге это приводит к анархии (как её понимают в обществе сейчас) и к хаосу. Каждый сам по себе, и каждый отвечает только за себя. Каждый делает что хочет, если его действия не ограничит кто—то более сильный. Уклон в другую сторону приводит к усилению власти и ко все более тотальному контролю населения. К сожалению, в гармонии общество не пребывало никогда. Очень редко оно впадало в хаос и анархию (именно в негативном понимании этого слова), после чего, «набив шишек», с готовностью принимало очередную диктатуру. Большую же часть времени общество пребывало в состоянии умеренной диктатуры, когда власть контролировала основные моменты жизни общества, но всё же минимально лезла в сферы личные. И если включить логику, то, во—первых, что такое государство? Нет, это не страна и не народ, который в ней живёт. Государство — это группировка властей предержащих, контролирующих страну и народ. Какова эта группировка и какие цели она перед собой ставит — вопрос другой. Власть — это всегда диктатура. Если брать это слово в широком понимании, а не просто «власть одного человека, наделённого безграничными полномочиями, да ещё и удерживающего свою власть военными силами». Диктатура всегда выстраивает общество сообразно желаниям и представлениям власть имущих. Неважно, что это — диктатура царя, реального диктатора, «диктатура пролетариата» — по факту, диктатура партбюрократии. Сам принцип власти — это право малого числа людей контролировать поведение большого числа людей, устанавливать для них правила и требовать их исполнения, а также карать за неисполнение установленных ими правил.

Казалось бы, для власть имущих более чем достаточно контролировать финансы, военные силы, принятие законов (а следовательно, и контроль их исполнения, и суды). Более-менее умеренные диктатуры (которые привычно называют все «демократиями») в той или иной степени этим и ограничиваются. Или делают вид, что ограничиваются (ограничиваются официально). Но любая диктатура, любая власть, всегда стремится к еще большей власти и к еще большему контролю. Не только к контролю денег и армий, но к контролю разума и мысли. К контролю психологии населения. Это есть всегда и было всегда. В свое время мощнейшим инструментом была религия, которая проникала во все сферы жизни и диктовала образ жизни и образ мышления каждому человеку, а несогласных ждала инквизиция и костер. Сейчас способы более разнообразные и более изощренные, но не ставшие от этого менее античеловечными и антивoльными.

Но скажи человеку: нельзя ходить в черной одежде, ходи только в белой — он задаст вопрос: почему? Скажи человеку: не ешь мороженое, ешь только конфеты — он снова спросит: почему? Однако скажи человеку, что «разврат — это плохо» — он молча с этим согласится, даже если для себя лично так не считает. И возникает вопрос: почему? Конфеты и цвет одежды занимают мало места в нашем сознании (как минимум у большинства), и пока мы не встретимся с этим вопросом напрямую, мы об этом не задумываемся. Секс же занимает огромное количество наших мыслей. Это столь важная для человека часть жизни, что любой к ней стремится и о ней задумывается регулярно и постоянно, даже если пытается доказать себе, что это не так. Те же ученые доказали, что мысли о сексе посещают каждого мужчину примерно раз в три минуты, а каждую женщину — примерно раз в пять-семь минут. Имеется в виду не только прямое воображение о сексуальной близости с другим человеком (реальным или воображаемым); «оценивающий» взгляд на проходящего мимо человека, промелькнувшее воспоминание, мысль в стиле «ах, когда же я создам свою семью», романтические мечты об объятиях и поцелуях — всё это тоже относится к той же сфере. Секс — это не только продолжение рода, не только рождение детей, это большая сфера эмоциональной жизни, отношений, переживаний, ощущений. Именно поэтому, что она столь огромна и столь важна для любого человека, она столь уязвима. Ведь чем важнее что—то для нас, тем проще этим манипулировать, подбирая «правильные доводы».

Вспомните миры антиутопий. Многие яркие фантастические образы рисуют общества, в которых власть тем или иным способом пытается контролировать рождаемость и воспроизводство потомства. Это могут быть разные варианты: от искусственного создания людей в «пробирках» до выдачи «разрешений на ребенка», от отбора «генетического материала» для воспроизводства до массовой стерилизации «неподходящих» для размножения. Вы скажете: это фантастика? Да, фантастика. Но не то же ли мы видим в реальности? В Китае уже выдают разрешения на рождение ребенка в связи с перенаселением. Там же поставили под контроль каждый шаг человека «социальными баллами». Не того же ли пытались добиться в гитлеровской Германии, отбирая «истинных арийцев» и стимулируя их размножение путем пропаганды и материальной поддержки, при этом разрабатывая возможные идеи по стерилизации «неправильных» представителей других наций, в том числе и истребляя их в самом прямом смысле. Но контроль рождаемости — лишь один из видов контроля секса как такового.

Желание секса – важная часть нашей жизни, важная часть нашей психологии. Когда человечество преобразилось из общей стаи в племя, разделенное на семьи, когда собственническое чувство охватило первобытных самцов, и они не захотели «делиться самками с другими», стало укореняться представление о том, что секс – это понятие интимное и предназначенное исключительно для двоих, то, что следует скрывать от других, от посторонних глаз. А с развитием эгоизма и чувства собственности стало прививаться и представление о том, что секс – это дело постыдное (раз уж его нужно скрывать). Постыдное, в особенности, для женщины. Мужчина же может позволить себе что угодно; для женщины позор – показать свое тело другому мужчине, не тому, который ею «владеет». Из этой глубины патриархальных предрассудков, патриархального эгоизма и патриархального представления о женщине как о собственности мужчины, из выросших на этой почве табу и запретов, была сломлена психология женщины, которой привили представление, что сама мысль о сексе – уже преступна (греховна). Женщины веками подавляли свое сексуальное влечение, потому психологически они меньше позволяют себе даже об этом думать, в отличие от мужчин. Именно эту патриархальную психологию подавления взяли на вооружение власть имущие. Люди веками внушали себе предубеждение перед сексом, пользуясь этим предубеждением, несложно внушить, что власть борется за «нравственность нации», за лучшее общество. Принимая это, человек принимает право власти диктовать ему условия и правила. Принимая пропаганду порицания секса, человек принимает и указания, какую одежду носить, какую пищу употреблять, кого любить и кому подчиняться. Напротив, человек, разрушающий в своей голове страх перед сексом, его табуированность, саму мысль о том, что это может быть «плохо», саму мысль о том, что кто—то имеет право указывать ему, как, с кем и каким образом можно заниматься сексом, а как нельзя, – такой человек тем более не примет указ ходить по струнке мирно, носить униформу, равную для всех, входить в кафе по QR—кодам и социальным баллам, принимать дурацкие законы, противоречащие его интересам. Такой человек разрушает саму основу власти – безропотное, беспрекословное подчинение без размышлений и споров. Свободная сексуальность, а тем более свободная сексуальность женщины – главный враг диктатуры, рабства, психологического подчинения и тотального контроля. Свободная сексуальность – враг деспотии и патриархата. Свободная сексуальность – это главный страх, наводящий ужас на святош, царей, диктаторов, монархов, бюрократов и «законников», то, чего они боятся хуже смерти и с чем борются всеми доступными им методами.