Статья, по сути, возвращается к вопросу о том, что такое секс-позитивный феминизм и каковы проблемы, с которыми он борется. Но для начала рассмотрим вопрос немного шире. Начнем с того, что такое либидо? Либидо, или половое влечение, — это, по сути, желание близости с противоположным полом. Той самой близости. Неважно даже, называть это инстинктом или смешением психологических установок и химических процессов, но это есть у каждого человека. У каждого человека величина либидо может отличаться, что приводит к различным темпераментам: от бурного до слабо проявляющегося. Полное отключение либидо тоже бывает, когда по тем или иным причинам стремление удовлетворить потребности, вызываемые либидо, перекрываются страхами, запретами, воспоминаниями о негативном опыте или иными явлениями, например, стремлением к «чистоте» или психологической отстраненностью от «мирского», включая и интерес к противоположному полу. Причем хочу заметить, что вовсе не обязательно внешнее, демонстрационное избегание проявления такого интереса соответствует внутреннему отсутствию такого желания; это желание может подавляться по тем или иным причинам, скрываться, порицаться самим человеком и отвергаться как «плохое». Действительно полное исчезновение либидо проявляется скорее в случае различных заболеваний как психологических, так и физиологических.

Итак, хотеть мы все хотим. И это не зависит от пола. Хотя имеется определенная зависимость от возраста. В юности, когда начинают выделяться половые гормоны, всплеск либидо наиболее высок. Интерес к противоположному полу также наиболее высок. И желание близости максимально высоко. С возрастом у большинства людей уровень либидо постепенно снижается, хотя и не у всех, и тем более с разной скоростью для разных людей. Но помимо биологических (химических) причин, при помощи тех же гормонов, влияющих на уровень либидо каждого человека важным аспектом, влияющим на поведение человека, является психология. Психология формирует его отношение к собственным потребностям и, соответственно, может сдерживать или активизировать стремление удовлетворить эти потребности. Сама же психология отношения к этому вопросу формируется многими аспектами: воспитанием, общественным мнением, традициями, примером окружающих и различными иными параметрами.

Существует ли разница в гормональном регулировании либидо женского и мужского? Да, определённые различия есть. Но в случае с человеком они играют малозначительную роль в сравнении с психологическим воздействием окружающей среды. Если уж посмотреть с чисто биологической точки зрения, то женское либидо совершенно противоположно той роли, которую общество предписало женщинам. Взгляните на элементарные факты. Женщине требуется гораздо больше времени, чтобы достичь удовлетворения, в то время как мужчине приходится сдерживать себя, без чего удовлетворения он достиг бы в разы быстрее. Женщине после получения удовлетворения с одним партнером, а тем более после того, как партнер получил удовлетворение сам, но женщина этого не достигла, не требуется перерыв для «восстановления сил», и женщина чисто физиологически способна быть с несколькими партнерами-мужчинами без особого напряжения для своего организма. То есть женская физиология приспособлена к полиандрическим отношениям. Идеальная форма половых отношений с физиологической точки зрения половых отношений для женщины аналогична роли пчелиной матки, окруженной группой трутней, которые «вносят свой вклад» в удовлетворение женского либидо, и в результате семя наиболее сильного и приспособленного оказывается «победителем», хотя другие тоже имеют свой шанс оставить генетический след. Даже не обращая внимания на этот факт, следует сказать, что физиологически уровень либидо женщины ничуть не меньше мужского. Однако существует огромная психологическая разница.

Мужское либидо подпитывается и активизируется мужской психологией, основой которой являются стереотипы мышления, сложившиеся в обществе. Мужчина стремится к удовлетворению своего либидо, не смущается и не скрывает этого стремления. Напротив, мужчина, который не может по тем или иным причинам удовлетворять свое либидо в желаемом им объеме, воспринимает это как недостаток, трагедию и ущербность. Начиная с подросткового возраста, мальчики озабочены тем, чтобы найти себе партнершу, не обязательно постоянную партнершу, не «вечную любовь», не человека, с которым можно и хочется строить отношения, а просто женщину, которая согласится удовлетворить его либидо. Более того, мужчины психологически настроены на полигамные отношения. Конечно, мечты о «великой любви» могут быть, может быть желание создать семью и найти «ту единственную», но в поисках «той единственной» мужчина считает нормой удовлетворять свое либидо с любой, «которая под руку подвернулась». Многие и после брака, даже считая, что нашли «свою единственную», не прекращают поиск потенциальных партнерш на стороне, встреч на один раз или краткосрочных (хотя, возможно, и длительных) романов. Мужчины свято уверены, что это «мужская природа» и они «имеют право». Мальчика с детства воспитывают в духе «ты орел, все бабы будут твои». Стремление иметь максимально возможное количество партнерш мужчины оправдывают якобы «биологическим задатком», считая себя «опылителями», стремящимися максимально широко распространить свое «опыление». Общественное мнение не порицает такой подход. А если и порицает, то явно в разы слабее, чем предъявляет требования к женской «чистоте». Мужчина имеет право «быть грязным», а женщина должна быть «чистой» – такова основа логики «общественной морали» в плане половой градации в отношении либидо.

Воспитание девушки сильно отличается от воспитания мальчиков. Девочку с раннего возраста учат не гордиться (в отличие от мальчиков), а стыдиться своих желаний, стремлений, своего тела, своего либидо. Именно для женщины в первую очередь воспитание делает установку, что все это «грязь», «порочно», «плохо», «стыдно». В ситуации, когда мальчик «орел», девочка — «ш@@люха». Девочке запрещено все. Запрещено хотеть, желать. Не говоря уже о том, что запрещено делать. Воспитание изначально ставит девочек и мальчиков на разные «полки».

Воспитание не ограничивается вопросами либидо и «норм» удовлетворения оного, но, начиная с «норм», касающихся этого, оно подкрепляется прочими ограничениями и запретами. Мальчик может бегать, шуметь, хулиганить, лазить по деревьям, драться, что-то сломать. Его, конечно, могут пожурить, но он же мальчик, это в «его природе». Девочку постоянно одергивают во всем. Не шуми, ты же девочка, не болтай ногами, ты же девочка, не бегай, ты же девочка, сиди ровно, не пачкайся, не ставь локти на стол, держи спину прямо…

Все это, конечно, подается как забота о культуре поведения и своего рода «этикете», но в то же время все это создает множество мелких, незначительных на первый взгляд, нюансов, фиксирующих в сознании девочки ее отличие от мальчика, не физиологическое в первую очередь, а психологическое: разницу поведения, разницу допустимости нарушений и ограниченности действий для девочки. Весь этот путь воспитания буквально вдалбливает в голову девочкам с раннего возраста, на протяжении всего взросления одно просто догматическое утверждение: ты девочка, тебе запрещено то, что разрешено мальчикам, ты «недочеловек», твой пол — твой приговор. Во взрослую жизнь девочка вступает с множеством табу и ограничений, привитых ей воспитанием в детстве, с утвердившейся уверенностью, что девочкам нельзя то, что можно мальчикам, ну потому что они девочки!

Говоря о взрослой жизни, о моменте, когда химия гормонов начала свою работу, когда у девочки проснулось либидо, давление на неё не только не ослабевает, но усиливается в разы. Родители начинают вести «взрослые разговоры», сводящиеся к запугиванию девушки, чтобы «не принесла в подоле», рассказывают про «мораль» и стращают тем, что «мужикам только одно надо», подразумевая, что девушкам это «вовсе не надо», что девушка должна избегать «этого» всеми возможными способами и силами. Получается крайне интересная ситуация: когда воспитанные «орлами» юноши кидаются на поиски с кем бы попробовать в первый раз, девушкам внушается избегать этого «попробовать» всеми возможными способами, а уж если дойдет до того, то желательно после свадьбы, по великой любви и желательно имея за всю жизнь только одного партнера. Конечно, сейчас все это скорее из оперы «несбыточных желаний» моралистов, но попытки убедить в «правильности» такого подхода остаются и продолжают довлеть. «Орлы» же занимают крайне интересную «хитрую» позицию. Изначально воспитание толкает их на поиски не любви, а воплощения того самого «все девки будут твои». Если девушка такого «орла» отшивает и не соглашается воплотить его порывы в реальности, она «тарелочница», «динамо», «манипулятор, пытающийся заманить и превратить в оленя», в общем, самая гнусная эгоистка и дрянь последняя. Если же девушка таки поддается на уговоры и «подкаты» и у нее просыпается собственное либидо, желающее тоже попробовать не в мечтах, а в реальности, то все, она «ш@@люха», «грязная», «аморальная». Потешив свое самолюбие, очередной «орел» упархивает на поиски новой «дурочки», а «мораль» внушает девице поплакать, порыдать по поводу утраченной «чистоты», почувствовать себя «обманутой» (ну, не женился же!), «использованной», «порочной», «грязной». Это будут внушать мама, подруги, знакомые, «утешая бедолагу», «жалея» в стиле: «Ну, получилось так, что ж делать, переживешь эту проблему, зато запомнишь, что все мужики козлы».

Именно такую позицию занимает и ряд направлений феминизма, усугубляя её и раскручивая до предела: «Мужикам нужно только одно» — «Женщин они не ценят, женщины для них только постельные принадлежности», а следовательно, надо отгородиться от них вовсе. Но такая позиция основана именно на патриархальном подходе к нуждам женщины и продолжает развивать ту самую патриархальную установку воспитания: мужчине можно и нужно настолько, что на все остальное ему пофиг, а женщине это вовсе «не нужно» и «нельзя». Секс-позитивный феминизм смотрит на этот вопрос иначе. Если у женщины есть желание, если у нее имеется либидо, требующее удовлетворения её естественных потребностей, она имеет право его удовлетворять. С какой стати женщина должна сдерживать свои желания? С какого перепуга мужчины могут позволить себе «порхать», а женщина должна себя «блюсти»? Женщина имеет такое же право «порхать», как и мужчина. А физиологически она даже больше предрасположена к этому. Такова мораль общества? Значит, такую «мораль» нужно сломать! Либо и женщина, и мужчина в поисках «единственной половинки» «блюдут» себя, либо если мужчина хоть раз хоть с кем-то на стороне и до того, как нашёл «свою единственную», то он не «орел», а «ш@@х». Если нет, то женщина тоже «орлица», которая может гордиться количеством любовников (как и мужчина), а не стыдиться этого. Необходимо стереть психологическую «разницу» в отношении к вопросу удовлетворения либидо, вне зависимости от половой принадлежности.

Многим вопрос удовлетворения либидо кажется не столь уж значимым, касающимся только половой жизни и не распространяющимся за ее пределы. Но это не так. Вся остальная «разница» в положении женщины и мужчины основывается на воспитанном и привитом с детства различии в отношении к своему либидо в зависимости от половой принадлежности. Если «естественно» для мужчины давать свободу своим желаниям и без стыда стремиться их удовлетворять, а для женщины «естественно» стыдиться этих желаний и сдерживать себя, то столь же «естественной» становится и вся остальная разница в положении и поведении мужчин и женщин. Мужчине можно иметь главенствующую роль, мужчине можно все, он же мужчина. Женщине нельзя не только свободно удовлетворять свое либидо, не только позволять какие-то вольности во внешнем виде и поведении, подобно мужчинам, ей нельзя стремиться к личной карьере, нельзя позволять себе вольности в быту (она же «хозяюшка»!), нельзя делать то, что ей хочется. Именно это «нельзя делать что хочется» является основной установкой, прививаемой на примере либидо и внедряемой во все сферы жизни. Если тебе нельзя что-то одно (например, вести половую жизнь так, как ее ведут мужчины), то тебе нельзя и другое, и третье, и десятое, и сотое.

Патриархат привил эту «норму» закрепощения женщин изначально в сексуальной сфере. Причина — страх самцов, что воспитываемое ими потомство окажется генетически не их наследием. Эти опасения были вполне уместны для древнего мира, в котором обеспечение ложилось на плечи самцов, имущество стало принадлежать самцам, а женщины превратились в прислугу и инструмент производства наследников для самцов. На тот момент единственной гарантией для самца, позволяющей быть уверенным в том, что воспитываемое им потомство принадлежит ему, было держать самок в строгих рамках, запрещая им любые вольности и ограничивая во всем, лишь бы соблюсти эту гарантию. Страх воспитывать чужого ребёнка и передать свое наследство чужому ребенку привел к установлению ограничений для самок не только в половой жизни, но и, через ограничение половой жизни, в конечном итоге — к ограничению жизни бытовой, общественной, социальной. Вплоть до содержания в гаремах и гинекеях, без права выйти на улицу без присмотра.

Но гарантия отцовства нужна мужчинам. Для женщины её ребенок остается её ребенком независимо от того, кто отец. Женщине все эти «гарантии» и вытекающие из них последствия не нужны. Это проблема отцов, женщин она не касается никаким боком. Если вся эта дичь имела хоть какой-то смысл (не говорю, что это было правильно, но имело смысл с точки зрения мужчин), то в современных условиях смысл утрачен полностью. Первая причина утраты смысла таких «гарантий» – это то, что отцовство сейчас можно установить при помощи простого генетического анализа, процедуры несложной и уже не такой уж дорогостоящей. Вторая и куда более важная причина – это то, что мужчины давно перестали быть единственным и даже основным источником содержания женщин и потомства, да и не стремятся вернуть эту позицию своей «важности». Многие мужчины сами предпочитают быть лишь финансовым партнером в расходах семьи и вполне соглашаются, чтобы основным источником средств существования семьи была женщина. Стало быть, основная экономическая причина патриархальных устоев, равно как и основная причина бытового и социального полового «диморфизма», утратила смысл. А следовательно, мужчины утратили право пытаться устанавливать хоть какие-либо ограничения в поведении женщин, отличные от норм поведения самих мужчин. Это напрямую касается и ограничений в подходе к вопросу удовлетворения либидо и «норм» половой жизни. Пережитки прошлого, психологическим грузом нависающие над женской психологией и над правом женщины стереть любые ограничения, связанные с половой принадлежностью, давно утратили смысл, перестали быть важной составляющей социальной сферы жизни и должны быть искоренены и отвергнуты обществом как дикие предрассудки, мешающие жить как минимум половине человечества. С-позитивный феминизм выступает за уничтожение градации отношения к половой жизни, требуя равного отношения как к мужчинам, так и к женщинам в этой сфере. Никакого «потому что ты же девочка» существовать не должно. Любые требования и любые нормы поведения должны быть равны в отношении всех людей, независимо от пола. Это не значит, что половая жизнь должна стать для всех беспорядочной. Каждый решает и каждый вправе решать для себя, как ему жить и как ему относиться к собственному либидо. Но если кто-то из мужчин ищет себе в жены девственницу, он обязан сам быть девственником в таком случае. Если мужчина считает, что «ничего не значащие интрижки» ему простительны, потому что он мужчина, то он обязан так же относиться и к «интрижкам» женщины. Женщина не обязана хоть как-то отличаться в своей половой жизни от поведения мужчин. И это не «позор». Позор то, что многие мужчины (а тем более ещё больший позор, что и ряд женщин) продолжают считать иначе, сохраняя патриархальную дикость, связывающую женщинам руки.

Мой сайт.

Сайт Вечевая Республика

Сайт Фонда «ФППД «Факел Свободы»

Моя персоналка в ВК

Группа в ВК «Правильный феминизм»

Мой telegram